Глава: «Встреча, или Как мы снова стали вместе»

Из блога @SimpleHuman, запись #60

Дата: 25 января 2076 года
Место: кафе «У энтропии»

Часть 1. Первые минуты

Мы сидели в нашем обычном углу — я, Вероника, Петя и Женя. Впервые за полгода все вместе.

Петя похудел килограммов на десять. Лицо осунулось, под глазами тени, но улыбка та же — кривая, мальчишеская. Он хромал, подходя к столу, но старался не показывать, что ему больно.

Женя, наоборот, поправился. Сидячая работа в штабе, армейская еда и никаких нагрузок сделали своё дело. Но взгляд у него стал другим — тяжёлым, внимательным, будто он постоянно что-то просчитывает.

Вероника смотрела на них и молчала. Я знал это её молчание — она боялась спросить, боялась услышать, боялась, что всё изменилось.

А оно изменилось.

— Ну, — сказал Петя, поднимая кружку. — За встречу.

— За встречу, — ответили мы хором.

Пили молча.

Часть 2. Петя: «Я теперь другая профессия»

— Рассказывай, — попросила Вероника.

Петя пожал плечами.

— А что рассказывать? Воевал. Ногу потерял почти, но собрали. Хромаю теперь. Деньги платили хорошие. Мать вылечил, сестру выучил. Всё.

— А как там было?

— Страшно. Скучно. Грязно. По очереди. Сначала страшно, потом привыкаешь, потом снова страшно, когда рядом убивают. А под конец — просто устаёшь.

Он замолчал.

— Я там понял одну вещь, — добавил он после паузы. — Я умею только это. Останавливать снаряды, защищать людей, работать в команде. А здесь... здесь я никому не нужен.

— Как это не нужен? — возмутилась Вероника. — Ты же маг, кинетик, у тебя диплом...

— Диплом, — усмехнулся Петя. — Знаешь, сколько платят магам в академии? Сорок тысяч. А я там получал двести в месяц плюс боевые. Я за полгода заработал больше, чем за пять лет преподавания.

— И что ты хочешь?

— Не знаю. Мне уже предлагали. Частная военная компания. Охрана дата-центров. Триста тысяч в месяц. Риск есть, но меньше, чем на фронте. И платят хорошо.

— Ты с ума сошёл? Ты только что вернулся с войны!

— А что мне делать здесь? Преподавать студентам, которые не знают, с какой стороны подойти к полю? Получать копейки и ждать, пока мать снова заболеет?

Он отвернулся.

— Я не такой, как вы. Я теперь другой.

Часть 3. Женя: «Я просчитывал смерти»

— Жень, а ты? — спросил я.

Женя долго молчал, крутил в руках монетку.

— Я сидел в штабе. Просчитывал вероятности. Сколько наших погибнет, если пойти туда. Сколько врагов, если пойти сюда. Оптимизировал смерти.

— Это же...

— Это работа. Кто-то должен был это делать. Я делал хорошо.

Он подбросил монетку.

— Знаете, что самое страшное? Я привык. Сначала каждый погибший был трагедией. Потом — статистикой. Потом — просто цифрой в отчёте.

— А сейчас?

— А сейчас я не могу перестать считать. Иду по улице — считаю вероятность, что та машина собьёт того пешехода. Захожу в кафе — оцениваю риски пожара. Смотрю на вас — просчитываю, сколько нас останется через год.

— Женя...

— Это не лечится. Мне сказали. Посттравматический синдром. Надо учиться жить с этим.

Он спрятал монетку.

— А работа... Не знаю. Может, останусь в штабе. Там платят нормально. Или пойду в страховую компанию. Там стохастики нужны. Буду считать риски для обычных людей. Легче, наверное.

Часть 4. Вероника: «Я ждала»

— А ты? — Петя посмотрел на Веронику.

— Я ждала. — Она пожала плечами. — Ходила на лекции, смотрела новости, читала ваши сообщения. Боялась, что следующее будет с чёрной ленточкой.

— И как тебе наша мирная жизнь?

— Странно. Вы там воевали, а мы тут... Ничего не изменилось. Те же очереди, те же цены, те же новости по телевизору. Только плакатов патриотических стало больше.

— И больше ничего?

— Ничего. Люди живут своей жизнью. Кому-то повысили коммуналку, кто-то не может купить лекарства. Им плевать на войну. У них свои проблемы.

— А ты?

— А я теперь знаю, что такое ждать. Это хуже, чем воевать, наверное. Потому что ты ничего не можешь сделать. Только сидеть и ждать.

Она взяла меня за руку.

— Хорошо, что вы вернулись.

Часть 5. Костя: «Я просто жил»

— Кость, а ты? — спросил Женя.

— А что я? Я базис. Меня на войну не берут. Я сидел в офисе, писал код, получал зарплату. Иногда смотрел новости. Иногда думал о вас.

— И как тебе наша героическая эпопея?

— Странно. Вы там рисковали жизнями, а я тут переживал, что в макаронах опять подорожание. Мы в разных мирах жили полгода.

— И сейчас?

— А сейчас вы вернулись. И я вижу, что вы другие. А я — тот же. И мне от этого не по себе.

— Почему?

— Потому что я не знаю, как с вами теперь разговаривать. О чём? О ценах на хлеб? О новом сериале? А вы видели смерть. Вы другие.

Петя усмехнулся.

— Не парься. Мы такие же. Просто теперь знаем то, чего не знали раньше.

— И что это?

— Что жизнь — это хрупкая штука. И что деньги важны. Очень важны. Потому что без денег ты не вылечишь мать, не выучишь сестру, не купишь себе нормальную жизнь.

— А раньше ты так не думал?

— Раньше я думал, что магия — это главное. А теперь знаю: главное — чтобы было на что жить.

Часть 6. Разлад

Мы замолчали. Каждый думал о своём.

— Петь, — сказала Вероника. — Ты правда хочешь в ЧВК?

— Правда.

— А если убьют?

— Значит, судьба. Зато мать будет обеспечена до конца дней.

— Это неправильно.

— А что правильно? Сидеть здесь, получать сорок тысяч и ждать, пока всё само рассосётся?

— Но есть же другие способы.

— Какие? Идти в корпорацию? В «Аркадию»? Они тоже воюют, только по-другому. Там тоже риск, но платят больше.

— И ты выберешь корпорацию?

— Не знаю. Думаю.

Женя подбросил монетку.

— 47% за то, что он выберет ЧВК. 38% — что корпорацию. 15% — что останется здесь.

— А ты не пробовал просто спросить? — усмехнулся Петя.

— Я спрашиваю монетку. Она честнее.

Мы засмеялись. Первый раз за вечер.

Часть 7. Прощание

Расходились поздно. На улице мороз, звёзды, пустые трамваи.

— Встречаемся через неделю? — спросила Вероника.

— Давай, — кивнул Петя. — Если не уеду.

— Не уезжай, — сказал я.

— Посмотрим.

Мы обнялись. Петя хромал к остановке. Женя шёл рядом, что-то говорил, показывал монетку.

— Они изменились, — сказала Вероника.

— Мы все изменились.

— Ты нет.

— Я просто не был на войне. Мои изменения впереди.

Мы пошли домой. Молча. Каждый думал о своём.

О том, что жизнь теперь будет другой. О том, что мы снова вместе, но по-разному. О том, что Петя, кажется, уже не вернётся к нам. И Женя тоже не тот.

— Кость, — сказала Вероника у подъезда.

— Что?

— Ты меня не бросишь?

— Нет.

— И хорошо.

Мы поднялись в квартиру. Тихо, тепло, пахнет ёлкой.

За окном тихо падал снег.

Где-то в серверах молчали призраки.

Где-то в ЧВК ждали новых контрактников.

А мы просто были вместе.

Потому что это единственное, что остаётся.

Конец записи