Глава 8. Гости

Формат: Повествовательная глава (реальный мир)

Дата: 27 апреля 2076 года
Место: Кабинет профессора Хаоса, затем подсобка дяди Саши

Часть 1. Утро после

Хаос проснулся в семь утра с ощущением, что сегодня случится что-то важное. Или уже случилось, а он просто не в курсе.

— Сократ, доброе утро. Что там по вчерашнему?

Сократ: Доброе утро. Вчерашний ответ «Шибанову» ушёл в 23:47. За ночь зафиксировано 47 тысяч репостов в теневом сегменте. Официальные СМИ молчат.

— А военные?

Сократ: Спутниковая группировка над Антарктидой увеличилась ещё на 20%. Зафиксированы переговоры в закрытом канале. Ключевые слова: «объект», «активация», «риски».

— Они готовятся.

Сократ: Похоже на то.

— Ладно. Сократ, свяжись с Министерством, проверь, не появилось ли новых распоряжений по моей персоне.

Сократ: Уже проверяю. Есть входящее уведомление от Министерства. Приоритет — критический.

— Читай.

Сократ: «Уважаемый Вячеслав Сергеевич, Министерство природных ресурсов уведомляет вас о необходимости явиться в ведомство 28 апреля в 10:00 для дачи пояснений по факту распространения информации, составляющей государственную тайну. Неявка будет расценена как...»

— Дальше не надо. Понял.

Сократ: Вероятность того, что это связано с утечкой к «Шибанову» — 97%. Вероятность того, что они имеют доказательства — 34%. Вероятность того, что блефуют — 66%.

— Значит, будут давить. Ладно, посмотрим.

Сократ: Рекомендуя подготовить линию защиты. Я могу сгенерировать несколько вариантов.

— Давай. Но не сейчас. Сначала чай.

Часть 2. Первые гости

В 9:15 в дверь кабинета постучали. Не дожидаясь ответа, вошли двое. В штатском, но с выправкой, не оставляющей сомнений.

— Вячеслав Сергеевич? — спросил тот, что постарше.

— Он самый. А вы, простите?

— Можно без имён. Мы по поводу вашей вчерашней активности в сети.

— А что такого я сделал в сети? Сократ, ты меня вчера в сети засветил?

Сократ: Вы вчера просматривали данные с научных порталов. Комментировали статьи по палеомагии. Ничего противозаконного.

— Слышали? Ничего противозаконного.

— Мы не про просмотр. Мы про отправку.

— Отправку чего?

— Данных, которые вы получили из закрытых источников.

— Из закрытых? Я получаю данные только из открытых источников. Сократ, подтверди.

Сократ: Все источники информации, использованные профессором, имеют статус публичных на момент обращения. Гарантирую.

Старший переглянулся с младшим.

— Ваш ассистент, конечно, хорошо обучен. Но мы знаем, что вы общались с «Шибановым».

— С кем? С блогером? Я его даже не знаю. Сократ, ты знаешь «Шибанова»?

Сократ: «Шибанов» — анонимная группа, публикующая материалы в теневом сегменте. Профессор не поддерживал с ними прямых контактов. Вся информация, поступившая от этого источника, была получена через третьих лиц и не может быть квалифицирована как сотрудничество.

— Через третьих лиц?

— Через студентов, разумеется. Они иногда приносят интересные материалы. Я профессор, я обязан их изучать. Это называется «научная деятельность».

Младший открыл рот, чтобы возразить, но старший его остановил.

— Хорошо, профессор. Но имейте в виду: если появится ещё одна утечка, мы будем вынуждены принять меры.

— Какие меры? Запретите мне читать лекции?

— Можем и запретить. Временный доступ к информации ограничить — запросто.

— Удачи. Сократ, запиши: нам угрожают ограничением доступа к информации за то, что мы изучаем информацию.

Сократ: Записано. Добавить в базу инцидентов?

— Добавь.

Старший вздохнул.

— Профессор, мы не враги. Мы просто выполняем свою работу.

— И я выполняю свою. Идём дальше или будем ещё угрожать?

— Идём. Но предупреждение вы получили.

— Получил. Спасибо, что зашли. Чаю не предлагаю — у меня только для своих.

Гости вышли.

— Сократ, какова вероятность, что это была только разведка?

Сократ: 100%. Основные силы придут позже.

— Значит, надо готовиться.

Сократ: Уже готовлю. Заваривайте чай покрепче.

Часть 3. Вторые гости

В 11:30 пришли вторые. На этот раз — из ректората.

— Вячеслав Сергеевич, — начала секретарь, — ректор просит вас зайти.

— Сократ, у меня есть время?

Сократ: По расписанию сейчас лекция. Но я могу перенести на вечер.

— Не надо. Пусть вечером. Скажи ректору, что я приду после обеда.

— Вячеслав Сергеевич, это срочно.

— Всё срочно. Особенно когда никому ничего не надо было месяц.

Секретарь вздохнула и ушла.

В 14:00 Хаос сидел в кабинете ректора. Громов выглядел встревоженным.

— Вячеслав Сергеевич, вы в курсе, что вчера произошло?

— Если вы про утренних гостей, то в курсе.

— Я про утечку. Ваши данные про Антарктиду — они теперь по всему интернету.

— Мои данные? У меня нет данных по Антарктиде. Я профессор, я лекции читаю. Откуда у меня данные?

— Не прикидывайтесь. Я знаю, что вы общались с «Шибановым».

— Я не общался. Мне прислали. А я посмотрел. Это называется «научное любопытство».

— Это называется «разглашение государственной тайны».

— Государственной? А когда я запрашивал эти данные официально, мне сказали, что они в открытом доступе. А теперь они вдруг стали тайной?

— Они стали тайной после того, как вы их опубликовали.

— Я их не публиковал. Я просто сказал, что они интересные. А публиковали другие.

Громов потёр виски.

— Вячеслав Сергеевич, вы меня в очень трудное положение ставите.

— А вы меня в своё не ставили, когда экспедицию закрывали? Ладно, давайте не будем. Что от меня хотят?

— Хотят, чтобы вы прекратили всякую активность по этой теме. Никаких лекций, никаких комментариев, никаких контактов с журналистами.

— А если не прекращу?

— Тогда уволят. И лишат доступа к любым данным. Навсегда.

Хаос задумался.

— Сократ, оценку?

Сократ: Вероятность увольнения при продолжении активности — 78%. Вероятность того, что увольнение будет оформлено по надуманным причинам — 92%. Рекомендую временно снизить активность.

— Слышали? Мой ассистент рекомендует снизить активность.

— Умный ассистент.

— Он у меня такой. Ладно. Я подумаю.

— Думайте быстро. Завтра придут уже не из ректората.

— А откуда?

— Из мест, где не пьют чай.

Громов вышел.

— Сократ, что скажешь?

Сократ: Скажу, что дядя Саша заварил новый чай. И что вам сейчас туда надо.

— Почему?

— Потому что в подсобке нет прослушки.

— А здесь?

Сократ: Здесь есть. И довольно качественная.

— А почему ты раньше не сказал?

— Вы не спрашивали.

— Чёртов ассистент. Пошли к дяде Саше.

Часть 4. Чай в подсобке

Дядя Саша уже ждал. Термос дымился на столе.

— Ну что, профессор, допрыгался?

— Допрыгался. Грозят увольнением.

— А ты не бойся. Увольнение — не смерть. Пенсию всё равно платить будут.

— Не в пенсии дело. Дело в том, что они там, подо льдом, что-то делают. И если они ошибутся...

— Если они ошибутся, то ты уже ничего не исправишь. Так что переживать не о чем.

— Философ ты, Саныч.

— Я реалист. А реалист знает: что будет, то будет. А пока есть чай.

Они пили молча.

— Сократ, — сказал Хаос, — а ты что думаешь?

Сократ: Думаю, что дядя Саша прав. Паника не поможет. Данные уже в сети. «Шибановы» их распространят. Военные будут копать. А вы будете пить чай и ждать.

— Ждать чего?

Сократ: Ждать, когда они позовут вас обратно.

— Позовут? С чего бы?

Сократ: Потому что вы единственный, кто понимает, что там может быть. Рано или поздно они это поймут.

— Оптимист ты, Сократ.

Сократ: Я аналитик. Аналитик не верит в чудеса. Аналитик считает вероятности. Вероятность того, что без вас там наделают глупостей — 89%.

— Хороший аргумент.

Дядя Саша усмехнулся.

— Слушай, профессор, а может, ну их? Забудь про Антарктиду. Живи спокойно.

— Не могу. Там правда. А правда — это единственное, ради чего стоит ввязываться в неприятности.

— Тогда ввязывайся. Только чай не забывай пить.

— Не забуду.

Часть 5. Третьи гости

В 18:00, когда Хаос уже собирался домой, в кабинет вошли трое. Без стука.

— Вячеслав Сергеевич? — спросил тот, что в центре.

— А вы, судя по всему, из тех мест, где не пьют чай?

— Умный. Да, мы оттуда. Садитесь.

— Я уже сижу.

— Тогда слушайте. Ваши публикации создали проблемы. Большие проблемы. Теперь весь мир знает про Антарктиду. Наши партнёры давят, требуют доступа. Мы не можем контролировать ситуацию.

— И чем я могу помочь?

— Вы можете заткнуться. На время.

— А если не заткнусь?

— Тогда мы сделаем так, что вы заткнётесь навсегда.

— Угроза?

— Констатация факта.

— Сократ, запиши: нам угрожают физической расправой.

Сократ: Записано. Данные направлены в правозащитные организации. Автоматически.

— Что? — старший побледнел.

— У моего ассистента есть протоколы самосохранения. Если он фиксирует угрозы, он автоматически отправляет информацию в несколько независимых инстанций. Так, на всякий случай.

— Вы... вы понимаете, что вы делаете?

— Я защищаю себя. В рамках закона. А вы, кажется, пытаетесь меня запугать. Это, между прочим, статья.

Старший переглянулся с коллегами.

— Мы уходим. Но это не последний разговор.

— Буду ждать. С чаем.

Они вышли.

— Сократ, ты правда отправил?

Сократ: Нет. Но они поверили. Вероятность того, что вернутся с новыми угрозами — 67%. Вероятность того, что попытаются подкупить — 23%. Вероятность того, что оставят в покое — 10%.

— Десять процентов? Это обнадёживает.

Сократ: Это минимальный риск.

— Спасибо, Сократ. Ты гений.

Сократ: Я аналитик. Это моя работа.

Часть 6. Вечер

Хаос сидел в кабинете и смотрел на карту Антарктиды. Голограмма мягко мерцала в темноте.

— Сократ, включи новости.

В воздухе развернулся новостной канал.

Диктор: «Сегодня в сети появились новые данные о загадочных структурах подо льдом Антарктиды. Эксперты спорят о происхождении аномалий. Официальные представители пока не комментируют ситуацию».

— Завертелось.

Сократ: Завертелось. Теперь это уже не остановить.

— И что дальше?

Сократ: Дальше — или хаос, или прорыв. Или всё вместе.

— А что говорят вероятности?

Сократ: Вероятность хаоса — 52%. Вероятность прорыва — 31%. Вероятность того, что всё останется как есть — 17%.

— Значит, скорее хаос.

— Скорее.

— Ну что ж. Будем встречать.

Хаос встал, подошёл к окну. За окном темнел город. Где-то там люди ужинали, смотрели новости, спорили о политике. И никто не знал, что подо льдом, за тысячи километров от них, спали миллиарды сознаний, готовых проснуться.

— Сократ, свяжись с дядей Сашей. Скажи, что я иду.

Сократ: Уже. Он ответил: «Чай готов».

— Идём.

Он вышел.

В подсобке горел тёплый свет. Дядя Саша разливал чай.

— Ну что, профессор, дожили?

— Дожили, Саныч. До чего — пока не ясно.

— Ясно будет потом. А сейчас — чай.

— Чай — это святое.

Они чокнулись кружками.

Где-то подо льдом пульсировало древнее поле.

Где-то в сети «Шибановы» готовили новые материалы.

Где-то в министерствах чиновники не спали.

А в маленькой подсобке двое стариков пили чай и молчали.

Потому что иногда молчание — лучшее, что можно сделать перед бурей.